1965–1977 гг.

К счастью, первому секретарю обкома приходилось решать не только экстремальные задачи и проблемы, но и заниматься ежедневной, будничной работой. Например, заботиться о золотодобытчиках, строить в пустыне новый город. Помните песню — «Город-красавец в пустыне возник…» Это не только про Учкудук. Это и про Зарафшан, который появился рядом с крупнейшим (и по сей день!) в мире месторождением золота.

5 марта 1967 года в песках Бухарской области снова прогремел взрыв. Но это был мирный взрыв, который положил начало разработкам узбекистанского золота. 

А уже через два года — 21 июля 1969-го в горах Мурунтау на юго-западе пустыни Кызылкум был отлит первый слиток золота высшей пробы весом 11 килограммов 820 граммов. Добыча на месторождении Мурунтау составляла приблизительно 30% от общей добычи золота в СССР. И это золото маркируется — внимание! — как золото 999,9 пробы! Тому есть подтверждение — в сертификатах Лондонской и Токийской бирж.

Глубина золотодобывающего карьера около 600 м. И каждые пять лет карьер становится глубже ещё на 50 метров. При температуре воздуха наверху даже в +25+30 градусов, внизу, в котловане, она поднимается до +50 градусов — и это при очень высокой влажности. Каюм Муртазаев не раз спускался туда вместе с рабочими.

На любом месторождении, как известно, нужны люди и инфраструктура. Поначалу предполагалось, что работы здесь будут вестись вахтовым методом. Однако первый секретарь не соглашался: здесь нужен город. Город золотодобытчиков. Доказывал свою позицию подсчетами и цифрами, которые подтвердили: город построить дешевле, проще, удобнее.

Здесь опять следует вспомнить выступление К. Муртазаева на Сессии Верховного Совета СССР:

«Хотелось бы сказать несколько слов о проектировании жилищного строительства. Не секрет, что действующие ныне типовые проекты жилых домов часто не соответствуют климатическим условиям, безлики в архитектурном отношении. Мы, например, считаем, что высота комнат 2,48 м ни в коей мере неприемлема для жаркого климата Средней Азии, прежде всего я имею в виду Бухару. Тем не менее за последние годы в городах нашей республики построены сотни тысяч квадратных метров жилой площади с высотой комнат менее 2,5 м. Это вызывает нарекания жителей. Госстрою СССР пора навести должный порядок в типовом проектировании жилья».

Стенограмма выступления К. Муртазаева на 7-й сессии 6-го созыва Верховного Совета СССР, 7–9 декабря 1965 г.

Архитекторы услышали руководителя области. С учетом этих предложений и началась ещё одна большая стройка в Бухарской области — строительство города Зарафшана.

Один из тех, кто занимался проектированием Зарафшана, В. А. Яковлев вспоминал:

«Хотелось бы несколько слов сказать о главном здании города. Сейчас это, наверное, может кого-то удивить, а в те годы не так просто было пробить такое сооружение. Ведь одним из его “составляющих” должен быть горком партии. А это, знаете ли, надо было особо согласовывать на разных уровнях. Удалось это сделать только в Бухаре, где нам помог Каюм Муртазаев, стоявший во главе обкома партии. Он разрешил все споры, что называется, одним махом. А споры были нешуточные: разве можно соединить в одном здании горком партии и производственные руководящие учреждения. Конечно, нельзя — это слышали мы не раз и не два. Каюм Муртазаев моментально закрыл этот вопрос, решив его в нашу пользу. Иначе этого здания в Зарафшане не было бы! Было бы три отдельно стоящих строения. Такая вот история…»

Но город — это не только здания, пусть даже уникальные, как в Зарафшане, построенные, в том числе, с учетом климатических особенностей региона. Это, например, водопровод (в пустыне!). А его пришлось тянуть на 220 километров и поднимать на высоту 280 метров. Если углубиться в данные по строительству Зарафшана, можно обнаружить много любопытного. 

Итог таков: 6 января 1967 года на карте Бухарской области появился ещё один населенный пункт. Поселок городского типа Зарафшан. С многоэтажными домами, детскими садами, школами, больницами, прочей социальной инфраструктурой. Здесь довольно уютно стали жить золотодобытчики со своими семьями. 

Ещё один город

Нельзя не сказать ещё об одном новом городе, появившемся на карте Бухарской области. Это город Навои. Он был основан в 1958 году — поскольку в этих местах обнаружили полезные ископаемые: редкоземельные и драгоценные металлы, фосфориты, уран. 

А к тому времени, когда Каюм Муртазаев стал первым секретарем обкома партии (город Навои тогда входил в состав Бухарской области) здесь накопилось немало вопросов, которые надо было незамедлительно решать — город расширялся, увеличивалось количество населения. 

В городе выросли крупнейшие предприятия: Навоийский горнометаллургический комбинат, Навоиазот, хлопкоочистительный, цементный заводы, Электрохимкомбинат… Всё больше людей со всего Советского Союза и из самой республики приезжали сюда работать. Особенно много молодёжи. И опять во весь рост встали социальные проблемы: необходимо новое жилье, детские сады, школы, поликлиники, дома культуры, больницы, вузы… 

Для нового молодого города потребовались нестандартные решения в организации градостроительства. За разработку генплана города взялись ленинградские архитекторы. Так практически в пустыне возник ещё один город. 

Кстати, архитекторы, спланировавшие Навои, в 1969 году были удостоены Государственной премии СССР.